_ksa - мать-настоятельница обители Санблюкет (oxanasan) wrote,
_ksa - мать-настоятельница обители Санблюкет
oxanasan

Category:

про ром

К Наде Яцык, перепостившей мой плач о сносе любимого бара, пришёл человек (прекрасный, вполне вероятно) и оставил ценное мнение: "Почему в центре города должен существовать уродливый самопальный шалман?"
На слова, что бывают атмосферные места, добавил: "Этот же уродец из красного кирпича - отрыжка 90-х на Арбате. Все время поражался - как разрешили построить такую гнусь в историческом центре."
На попытку объяснить, что вот, к примеру, чебуречная связана со студенчеством, припечатал: "Сочувствую если студенческая юность ассоциируется с чебуречной. Атмосфера интересна нескольким посетителям. А мне странно что какму-то барыге удалось построить самопальный шалман на Арбате."

Хуй даже с тем, что всегда, когда говоришь про своё любимое - не важно, даже если про котиков и музыку, обязательно придёт кто-то с ценным мнением, что котики - говно и музыка - говно.

Я, собственно, про то, почему этот "уродливый шалман" (спорное, кстати, утверждение, вкусовое. Если про вкусы говорить - так мне Храм Василия Блаженного чудовищно непропорциональным кажется) был нам так дорог.

А потому, что оно было, как ром в "Трёх товарищах":

— А что это вы пьете?
— Ром.
Она поглядела на мой бокал:
— Вы и в прошлый раз пили то же самое?
— Да, — ответил я. — Ром я пью чаще всего.
Она покачала головой:
— Не могу себе представить, чтобы это было вкусно.
— Да и я, пожалуй, уже не знаю, вкусно ли это, — сказал я.
Она поглядела на меня:
— Почему же вы тогда пьете?
Обрадовавшись, что нашел нечто, о чем могу говорить, я ответил:
— Вкус не имеет значения. Ром — это ведь не просто напиток, это скорее друг, с которым вам всегда легко. Он изменяет мир. Поэтому его и пьют.


И не думайте, что я любила это место, потому что работа через дорогу и можно перебегать по снегу в туфлях. Это работа у меня там, потому что через дорогу была "Барвиха". В тот же день, когда меня позвали работать в музей, я посмотрела, открыта ли знакомая дверь, перешла через дорогу, села на веранде под зонтиком и хмурый бармен Вадим, которого мы за молчаливую кротость звали мрачным ангелом, принёс мне кофе. Тогда я ещё пила кофе с сахаром.

В Барвихе совершенно не надо было быть с кем-то. Этим, собственно, она отличается от "Cвоего круга", к примеру. Там, несмотря на прекрасную коллекцию шляп, дивного проволочного человека и картины "друзей дома", всё насажено на мощную харизму Славы, туда приходишь не просто так, а для чего-то или к кому-то.

А в Барвихе можно было быть одному. Читать, смотреть в окно, тянуть единственную чашку кофе, когда нет денег. Впрочем, на случай "когда нет денег" лично у меня был кредит. И сквозь окна, расписанные неумелыми витражами, сквозь стену, заклеенную портретами посетителей, проступало это:
В баре было прохладно и полутемно. Пахло пролитым джином и коньяком. Это был терпкий запах, напоминавший аромат можжевельника и хлеба. С потолка свисала деревянная модель парусника. Стена за стойкой была обита медью. Мягкий свет одинокой лампы отбрасывал на нее красные блики, словно там отражалось подземное пламя. В зале горели только две маленькие лампы в кованых бра — одна над столиком Валентина, другая над нашим. Желтые пергаментные абажуры на них были сделаны из старых географических карт, казалось — это узкие светящиеся ломти мира.
Tags: барвиха, думаю, потери, сокровища
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 36 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →