_ksa - мать-настоятельница обители Санблюкет (oxanasan) wrote,
_ksa - мать-настоятельница обители Санблюкет
oxanasan

Category:

Фрагонар

Я помню, что всем должна хвост от Тициана, но пишется он медленно - плотность работы у старика была высокая и с датами там чёрт ногу сломит.
К тому же параллельно должна написать для глянца про кого-нибудь из живописцев, кто много и красиво творил про женщин. А у меня их неплохой набор. Полезла копать - не взять ли Вермеера какого - и обнаружила кучу крошечных, так и не сведённых в один, постов про Фрагонара, писанных летом 2011, когда ЖЖ падал каждые пять минут. Он и сейчас не шибко жив, но текст свести позволил. Так что читайте, кто тогда пропустил:

Вообще-то, французскую живопись после Фуке и до импрессионистов я не люблю – Пуссен мне гладок, Буше – сладок, Давид – зануден, но, к счастью, в Фрагонара я влюбилась задолго до того, как покрыла лаком своё мнение о французской живописи 17-18 веков...
В первый раз я встретилась с ним ровно там же, где и большинство жителей Советского Союза – в журнале “Огонёк”. И, конечно же, это были “Счастливые возможности качелей”.



У этой картины занятная история. Барон де Сен-Жюльен заказал довольно известному художнику Габриэлю-Франсуа Дуайену портрет своей возлюбленной. По замыслу клиента, красавицу полагалось изобразить на качелях в саду, раскачивать барышню должен был (зачем-то) епископ, а самого заказчика предполагалось поместить в стратегически удобных для подглядывания кустах точно под качелями.
Художник “восхитился” замыслом и предложил его расширить и углубить: "Ах, мсье, надо добавить к вашему замыслу туфельки мадам, взлетевшие в воздух и подхваченные амурами".
Что-то мне подсказывает, что эти амуры были сродни моему, сквозь стиснутые зубы говоримому : “...и ча-аечек...”, когда меня просят: “вот бы такое море, а на нём – парусный корабль...”

Одним словом, Дуайен решил, что он, белая кость – исторический живописец, такую чудовищную пошляндию писать не осилит, и предложил заказчику обратиться к Фрагонару.
Как можете видеть, Фрагонар с задачей справился блестяще. Даже амуров вписал, хоть и мраморных. Вот разве что епископа заменил на вполне светского господина.

“Галантные сюжеты” по тем временам писали многие и не только во Франции,
вот нам немножко разных “напримеров”:

Итальянская школа - Джованни Доменик Тьеполо:


Английская - Томас Гейнсборо:


Испанская – Франциско Гойя:


Но Франция, несомненно, лидировала. У неё в создании милых картинок с некоторым количеством нарядных (и по возможности, влюблённых) персонажей на фоне нарядной природы (реже – нарядных интерьеров) в разное время отметились:
Клод Жилло:


Жан Рау:


Жан Батист Патер:


Жан Антуан Ватто:


Франсуа Буше:


Никола Ланкре:


Карл Ванлоо:


И даже памятный нам по Шерлоку Холмсу “художник Верне”, от которого великий детектив унаследовал свой артистизм:

(хотя Верне всегда больше интересовали пейзажи, чем герои).

Это, конечно., не полный список, но хоть что-то...

Подобная живопись отлично оплачивалась, но коллеги по цеху к авторам её относились с некоторым пренебрежением. Особенно если художник подавал надежды, как серьёзный живописец, и вдруг предпочёл “искусству на века” сиюминутные милые картинки.
Так вот Фрагонар так и сделал.

Жан Оноре Фрагонар был сыном перчаточника из Грассе. Разорившись, его отец решил перебраться в Париж. Юный Оноре без особой охоты послужил в нотариальной конторе и попытался поступить в ученики к знаменитому Буше, но, скажем так, пролетел. Скорее всего, взрослый, но абсолютно “сырой” парень был мастеру бесполезен в работе. Однако Буше посоветовал Оноре попытать счастья у Шардена – и тот его принял.

Шарден – это, знаете ли, ещё одна моя редкая французская любовь. Потому что он умел так:


и так:


а мог и так:


Офигенный совершенно мастер. Но без внешнего блеска.
Поэтому, поучившись у него полгода и несколько набив руку, Фрагонар опять попросился к Буше и, на этот раз, попал.
Обучение в то время базировалось на копирование работ учителя и Фрагонар весьма быстро начал писать хорошеньких поселянок, амурчиков, розовые кусты и прочие, необходимые в интерьерах предметы, чрезвычайно похоже на Буше. Примерно так:


На том бы ему и остановиться, без куска хлеба бы не остался, но Фрагонара вечно кидала из крайности в крайность и, параллельно с Буше, он начал копировать мастеров ушедшего века - Рубенса и даже Рембрандта. И так увлёкся, что только “Святое семейство” скопировал пять раз.

Посмотрев, как ученик мучает классиков, Буше посоветовал ему выставить какую-нибудь историческую картину на “Римскую премию” Академии искусств. Победитель получал весьма существенный пряник – обучение в “Школе покровительствуемых учеников” у Ванлоо и несколько лет обучения в Риме.
Фрагонар выбрал библейский сюжет: "Иеровоам приносит жертвы идолам"


Кто скажет: “Не впрок ему пошёл Рембрандт”, пусть сначала уяснит, что художнику на тот момент было двадцать лет.
Он выиграл Римскую премию, а своё обучение у Ванлоо растянул на четыре года и взял у старого мастера всё, что мог.
Вот так он писал после обучения у Ванлоо:

Ну чистый дрозд-пересмешник.

В Риме художника внезапно понесло писать и рисовать на плэнере. На природе, то есть. С натуры, то есть. Не частое, скажу вам, для того времени явление. Если посмотрите на пейзажи работы современников Фрагонара, убедитесь, что большинство – на редкость условны и решены по театральному принципу “трёх планов” - первый типазелёненький, второй – зелёно-буренький, третий – в голубоватой дымке. Листики все усреднённо одинаковые, некоторая убедительность присутствует только в облаках, воде и архитектуре. Собственно, чаще всего именно живописные руины на римских плэнерах и писались.

А теперь представьте Рим того времени. С одной стороны – полно прекрасных античных развалин, чудесного мрамора с местами побитыми носами и руками. Буквально, готовые декорации к столь модной на родине пасторальной живописи. С другой – по всему этому бегают вполне себе современные итальянки. Служанки. Прачки. Хорошенькие. Отлично контрастирующие с мрамором. Если принарядить – готовая натура к столь модной на родине пасторальной живописи.


Тогда же в Риме была написана одна из первых картин в фирменном стиле Фрагонара – совмещение жанра и пасторали с хорошеньким доливом эротики – “Выигранный поцелуй”:


Сравниваем с его же “галантной сценкой” до “заточки Римом”:

Лично у меня –"французский" и "римский" Фрагонар вызывает ощущение двух совершенно разных художников. Причём “римский Фрагонар” – гораздо больше живописец в современном понимании этого слова. Живо, то есть, пишет. Легко, стремительно, цветно, практически эскизным мазком, в технике, которая будет в моде через сто лет.
Учитывая, что сбегать по времени вперёд он не мог, полагаю, он опять немного пересмешничал, взяв для нового сюжета манеру любимого им Рубенса и сделав её ещё более беглой и эскизной.
Впрочем, современники тоже дивились резким переменам стиля: "Фрагонар с его дарованиями отличается поражающей легкостью, с которой он вдруг меняет свои склонности, это и приводит к неровностям в его работе" – так писал о нём живописец-декоратор Натуар.

Вернувшись из Рима в 1761 году (четыре года пропутешествовал, между прочим) Фрагонар понял, что пора завоёвывать Париж всерьёз, и быстренько написал цикл картин к “Освобождённому Иерусалиму” Тассо (почти все утрачены) и полотно на античный сюжет “Каррез и Каллироя”. Вам эти имена, думаю, ни о чём не говорят, но во времена Фрагонара душераздирающая история любви жреца Диониса Корреза к барышне Каллирое (с мором, попыткой жертвоприношения героини и самоубийством героя)была даже увековечена в опере.

В 1765 году эта картина:

была выставлена в Салоне (Квадратный салон королевского дворце – оч-чень престижное место)и приобретена королём. А тот немедля возжелал с неё гобелен (так и не соткали). Автор шедевра тут же стал членом Академии, получил квартиру и мастерскую в Лувре и перспективу стать крутым историческим живописцем.

Получив перспективу стать серьёзным живписцем, Фрагонар на неё плюнул и вернулся к картинкам с барышнями.
Хотя я, конечно, слегка преувеличиваю. На самом деле вклад Фрагонара в историческую и религиозную живопись чуточку пошире. Публикую относительно полный список:
"Отдых на пути в Египет", "Поклонение пастухов", "Христос, омывающий ноги апостолам" (четыре метра, однако), "Руфь и Вооз" (исчезла), картины из цикла "Освобожденный Иерусалим" – "Мир", "Война" и "Отцелюбие римлянки" (все три исчезли), "Пожар Трои" (эскиз находится в частном собрании), "Генрих IV". ..
Даже и выкапывать их не буду. И так уверена, что грамотно, технично, красиво и что вы такого уже много видели.
И дальше у нас много лет того Фрагонара, которого мы знаем как:
мастера фантазийных портретов-аллегорий:


“Певица”


“Вдохновение”

И портретов вполне конкретных:

“Дени Дидро”


“Балерина Мари-Мадлен Гюймар”

Портреты Фрагонар пишет стремительно и мальчишески гордиться этим, о чём говорят надписи на обороте некоторых холстов:
"Портрет аббата де Сен-Нон, написанный Фрагонаром за один час", "Портрет ла Бретэша, написанный Фрагонаром, в 1769 году, за один час". Если он и преувеличивал, то совсем чуть-чуть.
Кстати, современники рассказывали, как Фрагонар, рассорившись с возлюбленной, прокрался в её дом и буквально несколькими мазками придал портрету дамы такое противно-брюзгливое выражение, что ей пришлось немедля с ним мириться – чтобы исправил.
Так же он был мастером очаровательных пейзажей с “немножко нарядных людей для оживляжа”:


И отлично продающихся галантных картинок:

“Девушка, играющая с собачкой” (известна в разных вариантах)


“Любовное письмо”


“Купальщицы”


“Урок музыки”
Вот тут уже явно пора возопить: а семья-то была? Женился он или не женился?
Успокойтесь, друзья мои, женился, хотя и достаточно поздно, порядком перед этим погрешив (помните историю про портрет любовницы?). И довольно забавным образом.
Однажды из его родного городка Грасса в Париж приехала некая милая и небесталанная барышня Мари-Анна Жерар. В столице она собиралась зарабатывать акварелями и миниатюрами и, для начала, решила поступить к знаменитому земляку в ученицы.
А земляк предложил заодно у него и жить.
А барышня не отказалась, вследствии чего во время венчания была уже немножко беременна.
Девочку, появившуюся неприлично быстро после свадьбы, назвали Розалией.
Портретов Мари-Анны в юности я не нашла, здесь ей уже ближе к сорока:


В 1773 г. художник ещё раз съездил в Италию. Он уже достаточно знаменит и вполне может сам оплатить своё путешествие, но выбирает другой способ – присоединяется к решившему показать Италию семье богатому откупщику Бержеру в качестве личного экскурсовода и художника. Теоретически, всё “произведённое” в дороге искусство фрагонар должен передать Бержеру. Практически, он решил эти наброски зажилить, из-за чего даже с Бержером судился и позже выкупил их.
Учитывая, что наброски Фрагонар делал примерно так:

его нежелание их отдавать мне понятно.

Тем временем, Франция поспешала к своей Великой революции, и барышни с амурами стремительно выходили из моды.
Зато по-прежнему ценились жанровые сцены и пасторали. И такие, чтобы декоративных пастушек в кринолинах поменьше, а бедных хижин и трогательных крестьянских семей – побольше. Одним словом, Буше с Ватто на свалку, а вместо них достаньте нам Грёза и Шардена.
Но Фрагонар не зря в юности провёл полгода у Шардена – с жанровыми сценами у него тоже всё было хорошо.

Картины на сюжеты сентиментальные, порой нравоучительные (но всё равно немножко эротические) помогли ему ещё довольно долго держаться на плаву.
Я имею в виду картины в духе “Детей фермера”, к примеру:


(если присмотритесь – обнаружите сильно в темноте на заднем плане ту самую эротику).

Кстати, об эротике:
В 1775 году в Париж из Грасса приехала юная сестра жены художника - Маргарита Жерар. И. по семейной традиции, начала брать у Фрагонара уроки рисунка и живописи. Со свечкой, конечно, никто не стоял, но слухи о романе сильно немолодого живописца с родственницей ходили богатые.
Впрочем, сама Маргарита Жерар всегда говорила, что с фрагонаром её связывали только дружба и искусство.

Такая вот барышня была:

("Автопортрет с моделью, играющей на гитаре", кстати, в Эрмитаже)

Но вернёмся к нравоучительным картинкам:
“Посещение ребёнка”

Расшифровка примерно такая – некая замужняя дама (в шляпе), отдавшаяся страсти с прекрасным юношей (припал к её руке) с печалью выяснила, что от этого бывают дети. И отправила бедное дитя в деревенскую семью, куда иногда (с юношей) приезжает навестить, поплакать... Ну, сами додумайте.

Или, к примеру, “Задвижка”:

эротика, конечно, но с моралью - не пускайте, юные девы, в спальню энергичных юношей. Запрёт и полюбит.
И сами "на минуточку" к ним не забегайте. Запрёт и...

Ещё чрезвычайно в это время ценятся сцены сытенького такого, стабильного буржуазного быта – чтобы семья, дети и умиление.
В таких картинах, кстати, весьма неплоха была Маргарита Жерар.
Для разнообразия, покажу, как писала она:

Про многие из её картин до сих пор осторожно пишут "совместно с Фрагонаром".

Фрагонару тогда тоже явно хочется сытого и уютного быта. Он много пишет своих детей, особенно дочь:

Розалия - "Девушка с сурком"
(предваряя вопросы - барышня умрёт в восемнадцать лет)

А параллельно в моде бурнокипящая патетика с античным уклоном. Когда-то Фрагонар её здорово мог, даже в Лувр на этом въехал, но гнуться с годами всё сложнее.
Хотя "Источник любви" удался вполне в духе времени - с предчувствием бури, неудержимым порывом и чеканными, как с камеи, профилями:


За год до революции в продаже появились гравюры с "Поцелуя украдкой" - одной из самых знаменитых сейчас картин Фрагонара:



Конечно, Эрмитажу здорово повезло, что "Поцелуй украдкой" у нас. В юности я эту картину очень любила за отработанность деталей и офигенную передачу фактур - "а платье-то, а шарф-то а?" Потом посмотрела вживую много голландцев и поостыла - ну, фактура, что-что, а фактуру они все умели делать, а Фрагонар был силён именно тем, что не выхолащивал свою живопись чрезмерной вылизанностью.
Но зачем он это делает вполне понятно - время изменилось уже совсем круто, а героику с патетикой в духе "Клятвы Горациев" валять можно или на искреннем энтузиазме, или на молодом задоре, или на цинизме. Цинизма у Фрагонара явно было недостаточно. Поэтому он брал тем, что ценилось всегда - филигранной техникой.

Ну и совсем немного осталось - Революция таки грянула и всё стало совсем нехорошо. Не только для Фрагонара, конечно, для многих его заказчиков, кстати, тоже. Вплоть до лишения головы. А семье Фрагонара стало просто и банально не на что жить, потому что при всём успехе и высоких ценах на картины, откладывать на чёрный день он не умел.
Из голодного и беспокойного Парижа Фрагонар с домочадцами перебрался в родной Грасс, где их приютили родственники. Художник за гостеприимство расплачивался картинами.
Через год он вернулся в Париж, чтобы отдать сына, Александра-Эвариста, учеником в мастерскую Давида.

А что не сам?
Потому что умный был и понимал - классический и жёсткий стиль Давида будет в моде ещё лет 30, не меньше, а значит, без куска хлеба мальчик не останется.

Тем временем, появились хоть какие-то заказы - на портреты и иллюстрации к "Сказочкам" Лафонтена:

Обратите внимание, какая графика - лёгкая, прозрачная, совершенно современная.

Затем совершенно неожиданно подвалил госзаказ. Причём, не как художнику, а как искусствоведу - по рекомендации Давида Фрагонар вошёл в Комиссию по формированию музейных коллекций. В первую очередь - коллекции Лувра, конечно (Лувр был объявлен музеем в 1793 году). Рекомендация звучала так:
"Фрагонар создал многочисленные произведения; пыл и оригинальность - вот что его характеризует; знаток искусства и в то же время большой художник, он на склоне лет посвятит свое время охране шедевров искусства, количество которых он в молодости увеличивал".

Эта работа закончилась в 1800 году, а в 1805 старого художника выселили из той самой, добытой "исторической живописью", квартиры при Лувре.

К тому времени его сын стал вполне востребованным художникам, "серьёзным" историческим живописцем, но папу, судя по всему, хотел видеть исключительно в гробу и даже пожог коллекцию гравюр с его картин.
А такой милый был когда-то мальчик.


Писал, кстати, он довольно гладко и бойко, но до славы отца никогда не дорос:

Явно Франциск Первый (Длинноносый)

А это у него Рафаэль Мадонну пишет.

Квартиру старому художнику сняла Маргарита Жерар.
Он умер в 1806 году. В немногочисленных некрологах был упомянут как автор "Корреза и Каллирои" и "Источника любви".
Маргарита Жерар добилась вполне неплохого для женщины-художника признания. Замуж, кстати, так и не вышла. В сети про неё много - погуглите.
Портреты мне её нравятся.
С котиком вот (хотя котик выразительнее барышни):


Tags: искусство, художники
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 47 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →