_ksa - мать-настоятельница обители Санблюкет (oxanasan) wrote,
_ksa - мать-настоятельница обители Санблюкет
oxanasan

А не спеть ли мне песню а-а-а любви-и...

А будете пинать за откровенность - отмажусь художественным вымыслом:
Случилось это году в 91-м, когда я выскобленная снаружи и изнутри, приходила в себя от того, что я считала гражданским браком, а моя любовь - дурацкой ошибкой длиной в год. Методы лечения были экстремальные - каждый вечер в шесть я шла в ближайший видеосалон и смотрела, как в маленьком, подвешенном под потолком телевизоре, Фредди Крюгер в синих искрах помех истребляет очередную порцию детей и думала - А и хуже бывает. Потом я шла домой, надеясь на маньяка, но они переходили на другую сторону улицы. Дома у меня из глаз начинало лить, потом прекращало, в силу обезвоживания, а потом опять случались шесть вечера.
На третьем круге Фредди пришёл ноябрь и известие, что в Питере в "Тамтаме" у Севы Гаккеля выступает "Выход". В три пятнадцать ночи я оставила маме записку и пошла ждать электричку до Бологое, а в три двадцать пять дня уже была в Питере. Никакого Выхода в Тамтаме не случилось. То есть, говорили, что он предполагался, и что Силя даже пришёл, но встретился с портвейном раньше, чем с поклонниками и спит за кулисами. Шесть вечера наступили, и семь наступили и восемь, но не было мне Фредди в грязном свитере, а была электричка до Ораниенбаума и обещание вписки в универовской общаге, в роскошном блоке квартирного типа, только "ты понимаешь, мы тут две пары, а кроватей там три, так что с Серёгой как-нибудь сама разберись". Серёга, шестнадцатилетний юноша из... Вологды? делал исполненное презрения лицо, играл в мальчика Бананана и ёжился в смешном чёрном пальто без верхней пуговицы. Я выдрала медную булавку из своей синей шали и сколола его воротник - дешёвое волшебство.
Когда соседние пары затихли, он поставил на табурет магнитофон "Соната" - помните этот вечно голодный агрегат? Протянутый к розетке провод провис над нашими коленями - мы легли валетом и слушали Джоплин. Потом я сказала: - Пойдём на кухню, пока всех не перебудили к чёрту. На квадраты кухонного оргалита мы бросили одеяло и его пальто и я смотрела сверху на это очень молодое лицо - такое детское и жёсткое одновременно - как у мужиковатых фламандских ангелов раннего Возрождения, и думала - и чтож я, дура, жить не хотела?.. Потом мы чуть не сломали стул, пытаясь любить друг друга сидя, потом едва не перевернули поддон душа, делая это стоя. Потом сидели голые и пустые на кухне, я рассматривала его тело, представляя, как некрасиво оно заматереет лет через десять, а он методично потрошил на газету окурки, сворачивал самокрутку: - Тебе, ты ведь куришь? Я не курила тогда ничего, кроме травы, но эту самокрутку - конечно, да. До конца. Потом мы заснули, перепутавшись волосами, а утром я дала ему денег на сигареты и хлеб, записала свой адрес "если придёшь ночью - постучи в первое окно от арки" и опять заколола воротник булавкой.
через неделю я снова была в Тамтаме и Силя до него уж точно дошёл, но портвейна опять оказалось больше, а ещё через неделю я подумала: - А что это я мотаюсь туда-сюда? и осталась в Питере. Мы встретились на том же месте, в тот же час - в четверг, в Тамтаме, на концерте "Выхода", когда Силя пел "Город кастрированных поэтов", а я со своим бывшим (и будущим) любовником (авангардным некастрированным поэтом) обсуждала перспективы совместной жизни: - И никакого секса! Мы взрослые, серьёзные люди, мы не будем разогревать вчерашние макароны - только водка, трава и общение! У моего фламандского ангела была рассечена губа и подбит глаз, а бывший-будущий поскрипывал кожей косухи и смотрел сверху вниз, и я уже опять немного любила это индейское лицо с глазами бутылочной зелени и голос наглого чёрного кота. К тому же - с ним никогда не было скучно.
Мне не было скучно всю зиму. Плохо - было, голодно - всегда, но не скучно. К тому же "взрослые серьёзные люди" двадцатидвух лет бысто поняли, что и вчерашние макароны ничего, если с кетчупом, моя битая любовь перестала требовать терапии Фредди Крюгером, и я всё реже вспоминала огонёк индикатора "Сонаты" и самокрутку, докуренную до жара у губ.
Он пришёл в мою дворницкую комнату в начале апреля. За неделю до этого дня я перестала пить водку и стала прикидывать, позволят ли мне соседи сушить пелёнки на кухне или придётся протягивать верёвки в комнате. Утром того дня необходимость сухого закона и вопрос сушки белья отпали - я подняла на рывок загруженный под крышку мусорный бак, ощутила безнадёжный отрыв внутри себя, отдышалась и пошла домой - рвать на тряпки простыню и лежать калачиком. Он позвонил положенные три раза, прошёл длинный и короткий коридор, сел на топчан и сказал: - Рассказывай. Я рассказала, а потом вскипятила воду в чайнике без крышки, подаренном мухинскими студентами и сварила "Суп сельский" из двух пакетиков в кастрюльке, пожертвованной соседями. Он хлебал его из спёртой в каком-то общепите глубокой тарелки - обстоятельный, мужиковатый ангел-хранитель, приходящий только когда совсем край. Потом я проводила его до двери и уже за дверью мы стояли обнявшись, и правильно казалось повести его назад - длинным коридором и коротким и закрыть дверь без замка и завязать изнутри на верёвочку, чтобы соседские дети не ломились играть в прятки и учиться жить с ангелом - ну живут и с ангелами, бывает. А потом закрыла дверь, нагрела воды и вымылась из ковшика, надела кооперативные колготки крупной сетки, длинный свитер, притворявшийся коротким платьем и серьгу из павлиньего пера, нарисовала себе лицо из овальной чёрной коробочки и пошла в клуб "Стерх". К вечеру я напилась, рассказала о накрывшемся материнстве трём чужим мужчинам и одному несостоявшемуся отцу и успокоилась. Мой ангел больше не приходил никогда.
Tags: байки, любить, мои мужчины, про жизнь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 87 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →