_ksa - мать-настоятельница обители Санблюкет (oxanasan) wrote,
_ksa - мать-настоятельница обители Санблюкет
oxanasan

Categories:
Кстати, в "Вечернем клубе" вышла моя статья про вертепы. А раз я сейчас ничего осмысленного не произвожу - положу-ка я её сюда. Не одну же рекламы писать:

Дары волхвов

В холодную пору, в местности, привычной скорей к жаре,
чем к холоду, к плоской поверхности более чем к горе,
младенец родился в пещере, чтоб мир спасти;
мело, как только в пустыне может зимой мести.
Ему все казалось огромным: грудь матери, желтый пар
из воловьих ноздрей, волхвы - Балтазар, Гаспар,
Мельхиор…
Иосиф Бродский


Немного волшебства
На Рождественской выставке возле старинного буфета постоянно собиралась маленькая толпа. То и дело кто-нибудь поворачивал деревянный ключик (возле скважины была приклеена бумажка со строгим напоминанием «Только по часовой»). Три оборота ключа, и невидимые колокольчики начинали вызванивать колыбельную Брамса. В такт музыке под сводом хлева (в котором узнавался распиленный пополам футляр от старинной швейной машинки) короткими рывками вращалась золотая звезда, а мимо Марии, склонившейся над яслями с младенцем, проплывали волхвы: седобородый в короне - с ларцом, смуглый в тюрбане - с блюдом и мальчик негритёнок – с золотой чашей. Потом с тихим щелчком механизм останавливался, и кто-то опять протягивал руку к ключу.
- Это музыкальная шкатулка? - спрашивали дети.
– Это вертеп, - отвечали взрослые.
– «Вертеп», потому что вертится?
Русские «вертепы», польские «шопки», белорусские «батлейки» - то, что осталось сейчас от средневековой традиции рождественских мистерий.


Бальтазар, Гаспар, Мельхиор…

Церковные представления-мистерии появились довольно рано – около VIII-IX веков. Рождество Христово совпадало с множеством языческих зимних праздников, и красочное зрелище в храме должно было привлечь новых верующих. Наряду с иконами и фресками эти спектакли становились книгами для неграмотных, рассказывая им о земной жизни Христа. Красивейшей частью рождественского цикла стала «Мистерия трёх царей» или «Мистерия волхвов».
Что же за три царя пришли ведомые ангелом в Вифлеем?

Строго говоря, в Евангелии упоминаются лишь три безымянных мага (волхва), которые, вслед за Рождественской звездой, пришли к царю Ироду, чтобы задать неприятный вопрос: - Не здесь ли родился новый Царь Иудейский? Вопрос привёл к избиению младенцев, но это совсем другая история.

А три мага, не найдя нового царя во дворце, отправились в город Вифлеем, и там, в застланных соломой яслях, увидели младенца и принесли ему дары – воистину царские, но не из тех, что обычно дарят детям: золото, ладан и смирну. Золото приличествовало царю, ладан воскуряли Богу, а смирна (мирро) использовалось при погребении. В трёх подарках - вся будущая история жизни.

После поклонения, волхвы исчезают из Евангелия и появляются в житийных текстах и апокрифах. Они возвращаются в свои страны, неся христово слово, и мученически гибнут. Или возвращаются, и не гибнут, а живут долго и умирают в один день. Горят на костре, побиваются камнями или получают от богородицы пелёнку Иисуса, что не горит в огне, и являют это чудо своим народам. Их имена, сначала невыносимо переполненные согласными, к тринадцатому веку приходят к современным: «Бальтазар (Вальтасар), Мельхиор (Мелькар), Гаспар (Каспар)». Их теперь именуют исключительно «цари-волхвы» - ведь все земные цари должны склонить голову перед Иисусом. Они приобретают возраст - старец, зрелый муж, юноша, и наконец-то, обрели плоть – их мощи, найденные в IV веке в Персии святой царицей Еленой, совершили длинный путь во времени и пространстве, и в 1164 году оказались в Кёльне. Чтобы упокоить мощи царей-волхвов был изготовлен прекрасный золотой ковчег и построен величественный собор. Благодаря волхвам, Кёльн привлекал к себе паломников со всей Европы. Путь был долгим, но паломники не боялись – ведь волхвы покровительствуют путешественникам.

Их день – 6 января. И сейчас в этот день жители Кёльна пишут над дверями домов мелом: «К», «М», «Б» - начальные буквы имён волхвов, возле церквей играют «Мистерию трёх царей», и мальчики в белых одеждах и «золотых» коронах ходят по городу, распевая Рождественские гимны.

Театр в храме

Почти так же всё происходило и в XII веке, когда, вместе с обретением мощей, «Мистерия трёх царей» вошла в цикл Рождественских представлений наряду с уже существовавшей «Мистерией пастырей» (пастухов). Сначала сценой служил непосредственно храм. Само представление было детски незамысловатым. В ночь накануне первого дня праздника, между утренней и ранней мессами, возле главного престола натягивалась занавесь, и устанавливались ясли с изображениями Девы и Младенца. Обычно это были деревянные или восковые скульптуры – раскрашенные и одетые. Над яслями укреплялась золочёная звезда, для большего блеска окружённая свечами. Первыми поклониться Деве шли пять священников, представлявших пастухов – с головами, укрытыми белыми платками и пастушескими посохами в руках. За «пастухами» наставал черёд «царей». Трое старших священников в парадном облачении, неся в руках дары, шли к яслям с трёх сторон. Два каноника, стоящие у занавеси, скрывающей ясли, вопрошали: "Кто такие те, которые за звездой идут к нам, принося новое?" Волхвы отвечали: "Мы цари с Востока, приносим дары Христу, родившемуся царю и господину, которому при помощи звезды пришли поклониться". Тогда каноники, отдергивали занавесь: "Вот отрок, которого вы ищете! Спешите, кланяйтесь ему, так как он - спасение мира". Цари, падая ниц перед младенцем, подносили ему дары и приветствовали: "Здравствуй, первый в мире".

С каждым годом к спектаклю прибавлялись детали. Скупой текст заменили пышные речи, написанные богословами. «Я изучал звезды, - говорил старший волхв в мюнхенской мистерии XIV века, - их природу и различное движение, и я в совершенстве знаю их число. Но когда я смотрю на эту звезду, то более и более удивляюсь, потому что еще никто, кажется, не видел еще такой... Однако после более внимательного размышления я прихожу к выводу, что родилось Дитя, Которому покорится мир и пред Которым вострепещет вся Вселенная".

Театр на площади

Храм стал слишком тесен для представления, да и язык пьес всё более обмирщался. В 1210 папа Римский Иннокентий III, раздосадованный тем, что святое действо превращается в развлечение, издал Указ о запрещении литургической драмы в церквях.

Изгнанные из храмов, Мистерии не исчезли. Сначала они выплеснулись на церковный двор, а потом и на городскую площадь: ведь теперь показывали весь цикл – с пророками, предрекающими рождение Сына божьего, с походом волхвов к царю Ироду, избиением младенцев и последующим бегством святого семейства в Египет. Порой в представление участвовали до сотни человек. Осуществить настолько масштабное действо только силами церкви стало невозможно. Мистерии превратились в праздник городов. За них отвечал муниципалитет и цеховые старшины, каждый город старался, чтобы его мистерия превосходила иные прочие и пышностью и актёрской игрой. Современному человеку сложно представить, как происходила подготовка к этому гигантскому «любительскому спектаклю». Пожалуй, ближайшей аналогией может стать карнавал, и не чинный венецианский, где каждый сам за себя, а безудержный бразильский – великолепие, в течение всего года создаваемое руками нищих.

К Рождественской мистерии город начинал готовиться задолго до зимы. Каждый из городских цехов старался блеснуть перед другими, как мог. Суконщики, красильщики, ткачи и портные готовили для представления диковинные одежды. Оружейники снабжали мечами и алебардами воинов царя Ирода. Но больше всего трудов доставалось мастерам из братства Святого Луки – цехам, объединявшим художников, скульпторов и золотых дел мастеров. На них ложилось изготовление декораций, украшений и даров, пиротехнические эффекты – всё, чем сейчас занимаются мастера-бутафоры. Не один славный художник приложил свою руку к мистериальным чудесам – декорации для них писали и уже упомянутый ван дер Вейден, и Ханс Мемлинг. Ставить мистериальные сцены приходилось и Леонардо да Винчи. Нередко именно художник становился «conducteur du jeu» – «руководитель игры», координирующим все действия актёров-любителей. Пожалуй, эта должность соответствует главному режиссеру театра.

Цари играют царей

Но не стоит думать, что мистерии были исключительно развлечением простолюдинов. В них не гнушались принимать участие особы столь высокие, что название «Мистерия царей» начинала соответствовать действительности. Французский художник Жан Фуке запечатлел участие в мистерии короля Франции Карла VII, его сына - Людовика, впоследствии король Людовик XI, и Карла, герцога Беррийского. Рогир ван дер Вейден, придворный художник нидерландского герцога Филиппа Доброго, написал своего покровителя преклоняющим колена у ног Мадонны, своей очереди поднести дары ждёт второй волхв – двоюродный брат герцога и младший – роль которого играет сын Филиппа – Карл Смелый. Выступить перед народом в роли царей-волхвов, было для правителей наглядным способом закрепить понятие «власти от Бога».

Братство Страстей Господних

С наступлением эры мореплавания знания среднего европейца о мире в целом стали значительно шире, и волхвы кроме имён обрели расовую принадлежность. Отныне старший из них считался - Белым царём, средний – Жёлтым, а младший – Чёрным. Новшество было немедленно принято – теперь первого из царей рядили в богатую европейскую одежду, для второго шили халат и наматывали на голову тюрбан, а младшему чернили лицо. Особо умелые мастера из двух человек создавали диковинного горбатого зверя – верблюда, на котором прибывал к пещере Чёрный царь. Посмотрите на «Снежное поклонение» Питера Брейгеля младшего и не смейтесь над наивным художником, придумавшим снег в Вифлееме. Он рисует свой город, празднующий Рождество, своих волхвов с лицами, крашенными сажей или жжёной пробкой, осликов, накрытых цветными попонами, хлев, на живую нитку построенный прямо на городской улице. Единственное в чём мастер лукавит – равнодушие, с которым к процессии относятся горожане. Ведь в какой-то момент в представление включался весь город, а заканчивалось оно нередко общей пляской.

Подготовка к представлениям отнимала много времени и сил – ведь кроме Рождественских мистерий существовали и Пасхальные и ветхозаветные – например, Мистерия Потопа. Постепенно появились особые «братства», объединяющие наиболее искусных участников - актёров, декораторов, бутафоров, «conducteurs des secrets» – «руководители секретов», пиротехников. Можно считать их прообразом театральных профсоюзов. Самым известным стало парижское Братство Страстей Господних, получившее в 1402 от короля Карла VI монопольное право играть в столице мистерии и миракли.

От драмы к фарсу

Чем более «народными» становились Мистерии, тем сильнее менялась сценография , смещались акценты. Ушла латынь, на которой игрались церковные спектакли. Появились импровизации и шутки и с каждым годом они становились всё солонее. Естественно, это не затрагивало главных героев, но язвили помощницы Марии, грубовато острил Ирод, перебрасывались шуточками слуги волхвов и воины Ирода - пафос религиозной драмы всё больше разбавлялся балаганом. Это вызывало недовольство властей, как духовных, так и светских, и середине XVI в. мистериальные представления были запрещены почти во всех странах Западной Европы.

Волшебные ящики

Мистерия должна была умереть, но не умерла. Хотя и сильно «уменьшилась». С XVI века Страсти Господни стали представлять куклы. Конструкции кукольных театров различались: в Европе были популярны стационарные, и играли в них тяжёлые марионетки, иногда частично механизированные; в славянских странах – переносные, с лёгкими куклами на палках. Те самые «Шопки, вертепы, батлейки», с которых мы начали свой рассказ. Их конструкция представляла собой ящики - одно, двух, трёх и даже более - этажные. В случае одноэтажного ящика – такими обычно были вертепы - окно сцены закрывалось падающей вниз заслонкой. Батлейки состояли из двух и даже более этажей, закрывавшихся распашными дверцами. Внешний декор ящика мог быть совсем простым, но чаще его покрывала роспись или сложная резьба, иногда они напоминали миниатюрный дворец или костёл с башенками.

Этот способ выживания театру мистерии, как ни странно, подсказала церковь - теми самыми ясельками с фигурками девы Марии и Младенца, которые по-прежнему под Рождество устанавливались в церквях, и переносными алтарями- «retablo». Такие небольшие алтари были широко распространены в XIV веке, но появились гораздо раньше. Эти маленькие ящички с дверцами покрытыми резьбой или росписью на религиозные темы, состояли из 9-10 отсеков, заполненных скульптурами. Обычно каждый мини-алтарь был посвящён житию одного святого.

Со временем надобность в «retablo» отпала, и они перешли сначала в меньшие церкви, а потом, вероятно, и в руки церковных слуг. Не известно когда и кому из них пришло в голову укрепить фигурки святых по ободу колеса, но когда-то это случилось, и старинный алтарь превратился в механический кукольный театр. Подобный театр мог обслуживать один кукольник, который сначала запускал механизм, а затем объяснял события, происходящие в разных окошечках-сценках. Представление без «механики» кукольник вёл вместе с помощником. Первый оживлял героев, второму же выпадала роль рассказчика. Первые театры-«retablo» появились, судя по всему, в Испании и Италии. Итальянцы-кукольники, странствующие по Европе со своими чудесными ящичками, гордо именовали себя «магистрами». В 1506 году некий «магистр» даже развлекал своим представлением польского королевича Зигмунда. Вскоре в Польше (а за ней и в Белоруссии, Литве, на Украине) появились собственные мастера «вертепного действа».

Помните бродячих комедиантов в старом фильме «Дикая охота короля Стаха» - вот он, вертепный театр, как живой. И даже диалог короля Стаха со Смертью перенесен из подлинного мистериального действа:
- Дай мне пожить хоть один год?
- Ни одной недели!
- Хоть один день?
- Ни одного часа!
- Хоть одну минуту?
- Ни одного мига!
Это разговор со Смертью царя Ирода из старинного Рождественского действа. Источником текста для кукольных представлений были обрывки текста из старинных мистерий и Рождественские колядки. Каждый кукольник вносил в текст и сценографию что-то своё. Общим оставалось одно – присутствие светских сценок – с шутками, когда наивными, а когда – рискованными.

Волшебные ящики кочевали на телегах и плечах своих владельцев вплоть до начала XX века. Потихоньку Мистерии вернулись в церковь, из которой были когда-то изгнаны – кукольные представления ставили воспитанники церковных школ и приютов. Порой вертепный театр заказывали мастерам, чтобы играть домашнюю Мистерию в Рождественскую ночь перед детьми. Вы и сами можете сделать его: раскрашенный старый ящик, выпиленный из фанеры поворотный круг, папье-маше или пластика, множество ярких лоскутков, блёстки, мишура, сусальное золото и – звезда. Зажгите свечи, подтолкните круг - и мимо Марии с младенцем и изумлённого Иосифа медленно поплывут фигурки волхвов: Бальтазар, Гаспар, Мельхиор…

Как живут вертепные театры сейчас? Они живут. И по-прежнему играют простое действо с простыми словами в простом ящике простыми куклами. Их очень мало, потому что, чтобы заниматься вертепным театром сейчас, надо быть немного ребёнком и очень одержимым. А «вертепному» зрителю нужны очарованность, наивность и готовность к чуду.

Фрагмент текста вертепного действа:
Цари-волхвы (поют).
Шедше трие цари
Ко Христу со дары,
Ирод им предвластен,
Куда идут спросити.
Здесь говор.
Идем к рожденному, Идем поклониться.

Идем поклониться,
Пред царем явиться,
Аще поклонюся,
Пред царем смирюся,
Где Христос родися,
Там звезда явися;
Звезда грянет чудно
С востока до полудня.
Ангел
Идите иным путем,
К Ироду не ходите:
Ирод смущает,
Волхвов созывает,
Младенцев избивает.

Пение Царей.
Шёдше трие цари
Во свои во страны,
Христа славословят,
Чая в небе быти,
На веки хвалити.
Хор:
Небом земля сталася,
Как Бога дождалася.
Трепещут Архангелы,
Служат ему все ангелы.
Мы ж небесной Славы полны,
И языцы вси довольны.
Веселитеся, радуйтеся,
Яко с нами Бог.


Tags: искусство, работа, статьи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments